Ты легенда, Фред. Почему фильм “Богемская рапсодия” не мог не стать хитом

Facebook
ВКонтакте
share_fav

Фильм о Фредди Меркьюри и группе Queen назревал давно. Тут и бешеная мировая популярность, и одновременно трагичная и скандальная смерть солиста (с которой минуло уже 27 лет — огромный срок для обычно прыткого в этом плане кинобизнеса), и актуальная для Голливуда тема секс-меньшинств, на которой картины вроде «Горбатой горы», «Харви Милка» и «Далласского клуба покупателей» сорвали не один «Оскар».

Пожалуй, единственную сложность представлял выбор актёра. Меркьюри был настолько неповторим — начиная от колоритной и в то же время немного комичной восточной внешности и заканчивая совершенно безумной энергетикой и воплощённом в каждом движении тела талантом — что подобрать хоть сколько-то конгениального ему исполнителя представлялось задачкой не из лёгких.

Недавно у создателей новой версии «Аладдина» возникли похожие проблемы. Здесь же надо было найти «аладдина», существовавшего в реальности, любимого миллионами и являвшегося величайшим рок-вокалистом в истории.

«Я люблю кино» посмотрел «Богемскую рапсодию» Брайана Сингера и готов рассказать, что из этого получилось.

Фредди

Изначально на роль Фредди предполагалось взять создателя славных образов Бората Сагдиева и Али Джибританского комика Сашу Барона Коэна. Затем, когда он покинул проект (как сообщается, из-за творческих разногласий с членами группы Брайаном Мэем и Роджером Тейлором), рассматривалась кандидатура Бена Уишоу, известного по главной роли в экранизации «Парфюмера». Пожалуй, оба этих актёра подходили под типаж Меркьюри куда лучше, чем получивший в итоге роль Рами Малек. Но это не помешало звезде сериала «Мистер Робот» продемонстрировать впечатляющую игру вполне оскаровского уровня (конечно, если брать не самые удачные сезоны).

Фильм концентрируется именно на фигуре Меркьюри, и благодаря эмоциональной самоотдаче Малека она получилась живой. Довольно быстро вас перестаёт волновать, похож Рами на Фредди или нет — человеку на экране просто хочется сопереживать. К тому же актёр разучил походку, жесты и мимику своего героя на отлично, примерил в кадре все его легендарные костюмы, а удачная работа съёмочной группы, выбирающей наиболее выгодные для исполнителя ракурсы (как правило, крупным планом) окончательно свела на нет все претензии к его внешности.

Группа

Всем поклонникам Queen хорошо известно, что при всей гениальности и харизме фронтмена группу делали все четыре её члена. При этом их доли в общем творческом «капитале» были если не равны, то сопоставимы. Например, самый тихий и скромный участник коллектива, басист Джон Дикон (в отличие от остальных, никогда не пытавшийся петь), был едва ли не главным автором хитов — по крайней мере, в пересчёте на общее количество написанных песен.

Мэй и Тейлор хотели, чтобы фильм был о группе в целом, а не об одном Фредди, и это объясняется не только их эгоизмом. Равноправия в итоге не получилось, но некую золотую середину создатели нащупали: нам почти ничего не рассказывают о жизни трёх остальных «королев», но обозначают их важность и креативность. В конце концов, тема «семьи», которой стала группа для всех причастных к ней людей, выходит на первое место.

Что до образов гитариста, барабанщика и басиста, то они тоже получились живыми и с характерами: Мэй в самые проникновенные моменты пронзительно смотрит на Фредди умными глазами, Тейлор старательно разыгрывает из себя плохого парня, а тихоня Дикон отпускает ироничные ремарки, напоминая хоббита Бильбо в исполнении Мартина Фримана.

Когда музыка важнее кино

Можно долго рассказывать о кинематографических достоинствах и недостатках картины, но важно понимать главное: задачей её создателей было не придумать что-то сногсшибательное, а просто-напросто не мешать людям слушать музыку и ностальгировать по великой группе. С этой задачей оба режиссёра, Сингер и заменивший его в конце съёмок Декстер Флетчер, справились на отлично. Лучшие моменты фильма связаны с тем, как персонажи придумывают и исполняют свои хиты, и главным в этих моментах является именно звукоряд.

При этом «Рапсодия» содержит и неплохие «немузыкальные» эпизоды: например, психоделическую пресс-конференцию, на которой обдолбанный Фредди пытается удержаться в расплывающейся реальности и острить в ответ на каверзные вопросы журналистов. Драматическая линия картины тоже выстроена вполне стройно, и в перерывах между прослушиванием хитов зрителя развлекают пикантными сценами вроде признания Меркьюри своей невесте в гомосексуализме. В соответствии со всеми канонами искусства, в фильме есть даже «злодей», причём Фредди так его и называет, подчёркивая невозможную самоироничность сценаристов.

О самом животрепещущем

Так что же всё-таки с гейством, спросите вы. Отвечаем: тема сексуальной ориентации Фредди раскрывается в довольно щадящем режиме. Посмотреть на целующихся мужиков вам всё-таки придётся, но акцент создатели фильма делают на дружбе, творчестве и прочих ретроградных ценностях.

Любопытно, что гей-тема в картине коррелирует с отсутствием счастья в личной жизни: Фредди смотрит, как его близкие люди обзаводятся семьями и детьми, и завидует им, безуспешно пытаясь отвлечься на кутежи и беспорядочный секс, который в итоге и награждает его СПИДом. По нынешним временам подобная линия смотрится довольно опасно — гомосексуалисты в фильме, о ужас, выглядят какими-то неполноценными! Возможно, именно этим объясняется довольно холодный приём картины в США.

Главная же ирония заключается в том, что в середине 80-х клип Queen на песню I Want To Break Free, в котором участники группы переодеваются в женщин, вызвал возмущение в Штатах своей фривольностью и был запрещён на местном MTV. Этот эпизод упомянут в фильме, и экранный Мэй говорит об американцах: «Пуритане снаружи, извращенцы внутри». Похоже, сегодня эти две ипостаси поменялись местами, и теперь трейлер «Рапсодии» критикуют за «недостаточное отображение сексуальности Меркьюри».

Мог ли фильм быть лучше?

Возможно, в этом месте следует предупредить, что дальше будут спойлеры, однако создатели фильма сами ничего не скрывают: в официальной аннотации сказано, что перед нами «хроника лет, предшествующих легендарному выступлению Queen на фестивале Live Aid». Таким образом, картина заканчивается в 1985 году, когда группа находилась на самом пике своего могущества.

В этом смысле «Богемская рапсодия» напоминает отечественную «Легенду №17», где тоже рассказывалось про жизнь прославленного кумира стадионов. В обеих лентах кульминация приходится на самые широко известные триумфы главных героев: в случае Харламова это Суперсерия в Канаде, а в случае Меркьюри и Queen — выступление перед переполненным «Уэмбли», когда Фредди творил на сцене нечто невероятное. (Это действительно лучше увидеть в оригинале, так как даже очень хорошая постановка с впечатляющим Малеком не идёт ни в какое сравнение с реальностью):

Сняты два фильма по-разному — «Легенда №17» довольно уныло, а «Богемская рапсодия» очень мощно — но дело в самом подходе: дальнейшая жизнь великих людей и их преждевременная смерть остаются за кадром. Для драмы это в принципе серьёзный промах, а в указанных случаях нам просто не показывают самое интересное.

В случае Фредди это невероятная воля к творчеству, закончившаяся записью грандиозного альбома Innuendo, где, несмотря на позднюю стадию болезни, он поёт с какой-то запредельной, почти потусторонней красотой, параллельно снимаясь в сюрреалистичных клипах и до конца продолжая твердить, что весь трагизм ситуации надо использовать на пользу группе. Из этого славного финала жизни, только и подобающего настоящему артисту, можно было бы сделать шедевральный фильм. Одних только образов из I’m Going Slightly Mad вполне хватило бы на фантазию в духе Тима Бёртона, Терри Гиллиама или Алехандро Ходоровски, и это только один из возможных вариантов.

Однако такой задачи перед создателями не стояло. Они изначально выбрали более простой путь, надёжнее гарантирующий успех.

Получилось всё равно хорошо, и у любого фаната Queen при просмотре на глазах неизбежно появятся слёзы. В конце концов, сам Фредди называл свою музыку «одноразовой попсой» и главной ценностью считал любовь широких народных масс, так что подобным фильмом явно был бы доволен.

«Богемская рапсодия» даёт нам возможность почувствовать себя зрителями грандиозного концерта, сплочёнными в стотысячное единое целое и наблюдающими за бенефисом Артиста от Бога. И кто знает, что важнее: это чувство единения и восторга или какое-то там «высокое искусство».